«Повоевать не успел»

Довоенное детство и юность Виктора Обрезанова прошли на Чёрном море. Когда началась вой­на, Виктору было 13 лет. Он жил с мамой, бабушкой и младшей сест­рёнкой в коммунальной квартире в центре Анапы.

 Отец был на фронте, с войны он не вернулся. 

– Немцы оккупировали Анапу в конце августа 1942 года, – рассказывает Виктор Фёдорович. – За месяц до вторжения они начали бомбить город. Авиационные налёты начинались с восходом солнца и накрывали весь город. Жители вынуждены были спасаться в окрестных сёлах. Из горного селения Супсех я видел, как в город въезжает немецкая техника. Оккупация продолжалась год. Страшно, что в городе совершенно не было еды. Магазины закрыты, на поля (они остались неубранными) не пускают: кругом немецкие посты. Мама обменивала на рынке свои вещи, за платье – блюдце кукурузы.

«Я был такой толстый, – вспоминает ветеран, – а на самом деле опухший: нажмёшь на кожу руки, и образуется глубокая ямка, которая медленно расходится.

Дважды Виктора чуть было не угнали на работу в Германию. Сразу после вторжения в город немцы собрали мужское население от 14 до 60 лет в сараях для сена и продержали без еды 11 дней. В другой раз согнали подростков со всей Анапы в здание бывшего санатория, хватали прямо на улицах. По одному подводили к столу, записывали данные.

– Подошла моя очередь, немец спрашивает, комсомолец ли я. Отвечаю, что вступил, но комсомольский билет ещё не выдали. Не знаю, сыграл ли роль этот факт, а может, то, что в детстве я был довольно маленький и щуп­лый, но меня отпустили. Домой я бежал без оглядки. В этот же день мы взяли самое необходимое и ушли из города в станицу Алексеевку. Там мы оказались в румынском секторе оккупации. Я почти не выходил со двора, чтобы не попадаться захватчикам на глаза.

Встретил Победу!

В августе 1943-го немцы начали отступать из города. За месяц до этого издали приказ всем мужчинам явиться на пункт сбора и всех угнали. Тех, кто не являлся, расстреливали.
Советские части вошли без единого выстрела.

– Какая это была радость – видеть своих, слышать русскую речь, – говорит Виктор Фёдорович. – Военные, расквартированные в доме по соседству, быстро установили передвижную киноаппаратуру, и уже вечером мы вмес­те с солдатами смотрели фильм.

Семья вернулась в город. Возобновилась учёба в школе. Виктор окончил восьмой класс, на следующий год начал учиться в девятом, но в сентябре 1944-го его призвали в армию. Это был последний призыв военного времени. Виктора определили в 60-й учебный полк в Новороссийске, где готовили младших командиров. Восемь месяцев курсантам, 17-летним мальчишкам, преподавали баллистику, тактику, боевой, полевой уставы пехоты и ещё много всего, учили стрелять из миномёта. Виктор учился отлично, будучи курсантом, уже командовал отделением. Из всего взвода, а это около 50 человек, только ему и его другу присвоили звание сержанта, остальные вышли рядовыми. В апреле 1945-го выпускникам выдали новое обмундирование, амуницию, погрузили в телячьи вагоны и отправили на фронт.

– Провезли по Кубани, Украине. Станции все стоят разбитые, – делится воспоминаниями Виктор Фёдорович. – В Польше остановили на каком-то полустанке. С километр прошли на продпункт, выдали нам сухой паёк. Стоим, ждём. Покурили, песни попели, легли спать. Вдруг среди ночи грохот страшный. Открываем вагоны – весь горизонт красный. Вверх летят снаряды, ракеты, в небе очереди трассирующих пуль. Мысль: неужели немцы снова прорвались? И вдруг прокатился возглас: «Победа!» Радовались, кричали от счастья, что Германия капитулировала.

Служил до 1951-го

– Нас вернули в Новороссийск. Через какое-то время снова погрузили в состав и повезли на Кавказ, мимо Грозного. В Баку посадили на корабли и отправили в Иран, где вместе с союзническими стояли наши войска. Я попал в 182-й горно-стрелковый полк. Сначала мы охраняли в Тегеране аэропорт, потом передислоцировались в северную часть Ирана, город Горган. В мае 1946-го наш полк последним ушёл из Ирана. На корабле по Каспию прибыли в Махачкалу, где нас стали расформировывать. Я попросился на Черноморский флот. Ещё год отучился в школе младших авиа­специалистов в Геленджике и в 1947-м был направлен в 5-й гвардейский минно-торпедный полк механиком самолёта, где служил до 1951 года.

Перед демобилизацией солдат и сержантов ориентировали на поступление в военные училища, но службой в армии Виктор был сыт по горло, поэтому подал заявление в Днепропетровский горный институт. Там была хорошая стипендия – 300 руб­лей, а он учился на повышенную – 500 руб­лей. По окончании вуза получил распределение в Кировск. До самой пенсии Виктор Фёдорович проработал на Юкспорском руднике. Был мастером, начальником участка, зам. начальника участка по производству. В Кировске обзавёлся семьёй. С супругой Зинаидой Михайловной вырастили сына Александра и двоих детей сестры – Евгению и Виктора, которые рано остались без родителей.